Шаг вперед, два шага назад. Республиканцы в Конгрессе и консерваторы в Иране саботируют СВПД

30.04.2021

Вена выстояла перед ударом по Натанзу

Когда в начале апреля в Вене представители Ирана и европейских стран-участниц Совместного Всеобъемлющего Плана Действий (СВПД) по иранской ядерной программе начали предметные переговоры в формате «4+1» (без участия США), ни у кого не было иллюзий, что это будет легко и быстро. И иранские, и западные СМИ и аналитики в унисон заявляли, что на обратном пути США к СВПД, из которого президент Трамп вышел в 2018 году, существует целый ряд препятствий как в самом Вашингтоне, так и в Тегеране, а также в других региональных столицах Ближнего Востока. Действительно, диверсии и закулисная борьба не заставили себя долго ждать. 11 апреля на иранском ядерном объекте в Натанзе произошел взрыв, власти квалифицировали его как акт «ядерного терроризма» и объявили «сионистский режим» (название «Израиль» в Иране не используется) виновником диверсии. Разбор полетов в Тегеране прошел четко и быстро: спустя несколько дней глава Организации по атомной энергии Ирана Али Акбар Салехи отчитался перед комитетом парламента о том, что работа на объекте восстановлена, производственные мощности не пострадали. 16 апреля Салехи объявил об ответных мерах Ирана: страна в три раза, до 60%, увеличивает уровень обогащения урана. Примечательно, что Иран впервые запустит процесс обогащения такой мощности. По мнению экспертов, данная мера призвана сохранить жесткую позицию страны на переговорах в Вене. Несмотря на справедливые опасения участников переговорного процесса о возможности его срыва из-за событий в Натанзе, встречи в Вене были продолжены, а иранская сторона подтвердила свою приверженность дипломатическому решению вопроса. По оценкам англоязычного иранского издания Iran News Daily, «израильская диверсия в Натанзе стала первым серьезным ударом по переговорному процессу (однако далеко не первым враждебным актом в необъявленной войне Ирана и Израиля), однако не смогла прервать его, как того хотели в Тель-Авиве».

20 апреля на очередной встрече Совместной комиссии по СВПД в Вене стороны приняли решение о создании третьей экспертной группы, помимо созданных ранее двух - по вопросам снятия американских санкций и обязательств Ирана в связи с ядерной сделкой. В задачи новой команды экспертов будет входить выработка практических шагов ивозможной последовательности действий, необходимых для отмены санкций и возвращения США к СВПД. В официальном заявлении по поводу прогресса на переговорах президент Ирана Хасан Рухани отметил, что«на текущих переговорах в Вене позиции Ирана гораздо сильнее», чем в 2015 году, так как сейчас Иран выступает в качестве страны, которая за последние 3,5 года смогла выстоять против политики «максимального давления» США, и сегодня ее враги открыто признают свое поражениев проведении данной политики. Он оптимистично оценил перспективы переговорного процесса: «Переговоры продвинулись на 60-70%, и, если американцы будут действовать честно, мы сможем за короткий срок достигнуть значительных результатов».

Официальный представитель МИД ИРИ Саид Хатибзаде в этой связи заявил: «Чтобы не затягивать переговоры, мы предоставили свой вариант документа [со списком санкций США, подлежащих отмене –прим. автора], призываем стороны как можно скорее приступить к выработке совместного текста. Подчеркиваю, в Вене мы обсуждаем не текст СВПД, а механизм возврата США к ядерной сделке. Выработка технических деталей, подробная разработка механизма возвращения США – сложный процесс, мы хотим добиться того, чтобы этот процесс был полностью верифицируемым и прозрачным. Мы обсуждаем мельчайшие детали, чтобы исключить любые неясности». По словам Хатибзаде, в документе, предоставленном иранской стороной, подробно изложены все обязательства США по снятию санкций. Напомним, что в США полагают, что не все санкции, на снятии которых настаивает Иран, относятся к ядерной программе Ирана, а значит, подлежат отмене. Однако, по мнению иранской стороны, все санкции, введенные при Трампе, имели одну единственную и совершенно очевидную цель – затруднить и сделать невозможным возврат США к ядерной сделке. Именно поэтому в Тегеране настаивают: для выхода из тупика по иранской ядерной программе США должны снять все «1500 санкций».

Сопротивление в Иране 

Как отмечают многие эксперты и наблюдатели, палки в колеса СВПД вставляют не только региональные соперники Ирана, но и консервативная часть его внутриполитической элиты, а также ряд влиятельных и популярных иранских СМИ. Консервативное издание Kayhan задается вопросом: «Если США заявляют, что не снимут основное бремя санкций, тогда что наша делегация делает в Вене?». В газете разгромно критикуют политику президента Рухани и министра иностранных дел Зарифа, которые, как и в 2015 году, «продают национальные интересы». Авторы поясняют, что Иран четко, ясно и многократно заявлял о своих требованиях, поэтому нет необходимости в выработке какого-то нового совместного соглашения или нового консенсуса, о котором сообщают в МИДе по итогам венских переговоров. Признается возмутительным и неприемлемым тот факт, что США называют снятие некоторых санкций«уступкой» Ирану, в то время как они сами являются виновником нынешнего кризиса, а требования Ирана – законное право, как участника СВПД, а не просьба или предмет торга. В то время как одни эксперты и СМИ выступают с заявлениями в духе «сверяем пульс иранской экономики с Веной», другие, более радикальные и консервативные, сокрушаются о том, что сегодня правительство совершает ту же ошибку, что и в 2015 году: ставит экономические интересы иранского народа на одну карту – СВПД, которая не несет никаких гарантий со стороны США. Более того, газета Kayhan со ссылкой на экспертов утверждает, что 70-80% экономических проблем в стране вызваны неправильной политикой исполнительных властей, и только 20-30% - санкциями.

С критикой дипломатических усилий Ирана в Вене выступают не только издания и представители консерваторов и фундаменталистов, которые стремятся очернить своих соперников из лагеря реформистов и заработать очки в преддверии президентских выборов в июне 2021 года, но и англоязычные СМИ Ирана, например, PARS TV. Более того, некоторые СМИ со ссылкой на некихинсайдеров занимаются распространением ложных сведений о переговорах в Вене, которые МИД ИРИ со своей стороны активно отрицает. Так, заместитель министра иностранных дел Ирана по политическим вопросам Аббас Аракчи не раз выступал с опровержением подобных fakenews. При этом в МИДе ИРИ подчеркивают, что все новости и детали переговоров должны публиковаться только на сайте МИДа и других официальных источников. 

С критикой внутреннего вредительства выступило государственное информагентство ИРНА: «Как государственные каналы могут позволить себе транслировать неподобающее отношение к государственной политике и действиям правительства на переговорах в Вене, которые были одобрены высшим руководителем аятоллой Али Хаменеи? Как они смеют накачивать нашу молодежь идеями о том, что в ходе двух последних избирательных кампаний на пост президента иранский народ делал неправильный выбор в пользу Рухани? Эти СМИ ничем не лучше происков сионистского режима и наших врагов в регионе!».

Скандал, вызванный расхождениями между политикой некоторых СМИ и официальным государственным курсом, разразился после того, как на 3-м телеканале национального телевидения с преимущественно молодежной аудиториейвышел документальный фильм «Конец игры» (پایان بازی),который обрушился с критикой на правительство страны и особенно на МИД ИРИ из-за их действий на переговорах поСВПД. В фильме разъясняют, что участие нынешнего правительства в переговорах является попыткой реформистского лагеря набрать очки в преддверии президентских выборов в июне 2021 года. Вибрацииперешедшей всякие границы критики докатились и до политической верхушки Ирана. По сообщению официальной информационной службы президента Х. Рухани, через день после выхода фильма он заявил: «Ни одно наше действие по восстановлению СВПД не является нашей попыткой выиграть выборы. Мы выполняем свой долг, и вели бы переговоры, даже если бы выборы проходили не в этом году, а в следующем». Рухани также отметил важность СВПД и необходимость его сохранения: «Сегодня все и в формате «4+1», и в формате «5+1», и в Европе, и в регионе понимают, что единственный путь для решения проблемы иранской ядерной программы – это выполнение договоренностей по СВПД. Мы хотим четкого следования букве и духу этого документа: ни словом больше, ни словом меньше. Ни СВПД+, ни СВПД– для Ирана неприемлемы». Вице-президент Ирана ЭсхакДжахангири, прокомментировав скандальный фильм, заявил, что «критика министра иностранный дел М.Д. Зарифа и дипломатической команды страны во время таких важных переговоров равносильна выстрелу себе же в ногу. В предвыборной гонке не должны использоватьсяполитические средства, которые подрывают интересы страны».  


Свою непримиримость в отношении возвращения США к СВПД сохраняет и лагерь республиканцев в Конгрессе, которые 21 апреля предприняли очередную попытку сорвать инициативу Байдена по восстановлению иранской ядерной сделки. Республиканский исследовательский комитетпредставил «Закон о максимальном давлении» (Max PressureAct), заявленный как крупнейший в истории пакет санкций против Ирана. К слову, именно этот комитет в свое время выдвинул пакет «самых жестких» санкций против России. Недавний шаг против Ирана в значительной степени останется символическим, так как в Конгрессе заправляетдемократическое большинство, однако посыл этого законопроекта очевиден и традиционен: поставить в затруднительное положение администрацию Байдена, которая хочет вернуть страну в ядерную сделку с Ираном, и дать понять, что любое подобное решение не сохранит свою силу дольше президентского срока Байдена. Законопроект призван закрепить санкционное наследие администрации Трампа и обязует нынешнюю администрацию предоставить любое решение по Ирану на рассмотрение Конгресса. Примечательно, что в обнародовании данной инициативы принял участие бывший госсекретарь Майк Помпео, который возглавлял враждебную кампанию администрации Трампа против Исламской Республики. Этот высокопоставленный дипломат считается потенциальнымкандидатом в президенты на выборах в 2024 году. Наряду с беспрецедентной поддержкой Израиля, правительство которого выступило против возвращения США в СВПД, центральное место в его внешнеполитическом наследиизанимает санкционная кампания «максимального давления» на Иран.

Согласно законопроекту республиканцев, санкции в отношении Ирана могут быть сняты только в том случае, если Тегеран выполнит 12 требований, которые были изложены Помпео в мае 2018 года после выхода США из СВПД. В представленном тексте серьезно ограничиваются возможности президента по обходу некоторых санкций, а также предусматривается тщательное рассмотрение Конгрессом любого решения об отмене санкций в отношении Ирана. Законопроект также оговариваетпредоставление Сенату любого нового соглашения с Ираном для ратификации. В этой связи стоит напомнить, что в 2015 году тогдашний президент США Б. Обама, опасаясь провала СВПД в Конгрессе, не стал использовать данную законодательную процедуру, а утвердил участие США в СВПД своим исполнительным указом. Эта процедура, действительно, проще проведения закона через Конгресс, однако с этим связана простота ее обратимости – пришедший в 2017 году Трамп таким же исполнительным указом вышел из СВПД. 

Даже с учетом требования предоставить текст будущегосоглашения с Ираном в Конгрессе, на данный момент республиканская партия не обладает необходимым количеством голосов для блокирования законодательных инициатив демократов. Но ее активная борьба против воскрешения СВПД является отрезвляющим напоминанием о реальности, которая выходит за рамки 4 лет президентства Байдена. Действующий президент может заключить любуюсделку, однако она лишь выиграет время и ненадолго стабилизирует ситуацию. Но если Израиль и члены Конгресса не получат достаточно гарантий, что ядерная программа Ирана останется мирной, над СВПД по-прежнему будет нависать угроза срыва под давлением новых израильских атак или новых санкций, введенных следующим американским президентом.

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading